eisa_ru (eisa_ru) wrote,
eisa_ru
eisa_ru

Categories:

вчерашнее

   Депрессия совсем близко подошла, наложила свои мягкие лапы на горло, - не продохнуть...
   Весь день мучилась, томилась. Пошли в салон к Татьяне Баум. На улице - глубокая ночь, тепло, намек на снег давно пылится в черных  уголках тротуаров. У Татьяны дом - необыкновенный. Потолок комнаты имеет форму орена или ангела, как говорят ее гости, голова ангела - выход в маленький эркер, круглый, внизу его подпирают крыльями лепные летучие мыши. В доме не комодиках стоят безделушки из разных мест - авторы надарили своих произведений, картины, сухие цветы - все изящное, ажурное, ветхое. Вещи хранятся в ящиках и чемоданах, всюду какое-то пестрое тряпье, тюбетейки, ленточки. Гости по-восточному сидят на полу. Свечки, елка в мерцающей гирлянде, никакого верхнего света. Везде, везде гости - все они барды, поэты, исполнители. Хозяйка пляшет на крошечном пятачке пола промеж сидящих служителей Феба, пляшет, не жалея собственной посуды. Весьма подогретый спиртным народ стремится слушать цыганское и еврейское. Публика тяготеет к протяжному, но разухабистому пению - таковы их народные культурные традиции. Я сижу на матрасике у самой двери, вся в тоске, рядом - П.Е. в своем извечном равновесии. Народ празднует, играет, читает, танцует.
    Выступил с хвалой Индии некто - благообразное лицо, очки, бородка. Тонкий стан, подсушенный вегетариансткой пищей, рядом - жена в каких-то шарфиках и тряпочках гудит на натянутых на доску четырех струнах. Возносятся к потолку мантры. Русский текст сменяется индийским подлинником, каждый фрагмент чередуется протяжным "аоммм". Публика в благоговении, действо можно сравнить разве что с мессой. Индийская месса.
    Выйдя из дома, я увидела автомобиль, такое могло принадлежать только этому "индийцу" - огромный дорогой фургон оранжево-радужного цвета, на кабине - иероглиф "аум", на кузове - улыбающийся слоненок-Ганеша.
   И все выражали почтение индийскому гуру в оранжевой рубашке, он кланялся и улыбался. Он был ярким солнцем этого вечера, а я была черной луной, которую никто не увидел и не услышал: стихи мои не прозвучали, они стекли как черное вино в щели пола и в них исчезли.  А  индийские стихи и мантры  реяли своим ароматом в разогретом праздничном воздухе зала.
    Сендвич - мой старый друг из прошлой жизни, именуемый по-цивильному Сашей Гусевым пластично отплясывал под все мелодии. Я не сразу его узнала, а как только узнала - обрадовалась - столько лет прошло! И как молоды мы были, и презняя шиза была остра и въедлива, и отчаяние сменилось плавной тоскою. У каздого времени свой звук, цвет и запах. Это ими окрашена тоска и радость, это они запоминаются - цвета и запахи, и никогда - звуки, и редко - события. Образ, запах и цвет оставляет в памяти прошлое, в моей памяти.
    А потом я обиделась на П.Е., за то, что он спел мои нелюбимые тексты, мутный смысл коих позорит меня как поэта, потом я бежала оттуда по темным улицам, не отвечая звеневшему за спиной телефону.
   Потом я сидела на лавочке у подъезда, потом любовалась прекрасной скульптурой пеликана, слепленной дочкой (мне так не слепить). Так и прошел этот полный болью и событиями день, словно окрашенный разведенными синими чернилами.
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • На районе

    Сегодня выдался погожий денек с солнышком. Вышли заглянуть в районные пампасы. По дороге к памасам стоит вот такой приятный дом. Около…

  • Осенняя дача

    Пост открывает совсем не прекрасная фотка. Это - наше сгоревшее правление. Почему оно сгорело, писать здесь не буду. Как сказал наш сосед - наверно…

  • Прогулка по Тимирязевской академии.

    Когда не поступила на биофак, стала задумываться о поступлении в Тимирязевку. О чем сразу начала болтать разным знакомым. И как-то ВТ, имя которого -…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 7 comments