eisa_ru (eisa_ru) wrote,
eisa_ru
eisa_ru

Categories:

Андрей Белый и эзотерика

"Эзотеризм присущ искусству".

Андрей Белый,
предисловие к "Пеплу".

"Для русского символизма как самого раннего этапа модернизма с самых первых его шагов было чрезвычайно существенно внимание к разным формам сверхчувственного познания или их имитациям..." (Н.А. Богомолов "Русская литература начала ХХ века и оккультизм")

Мы взвиваем в мирах неразвеянный прах,
Угрожаем провалами мертвенных лет.
В просиявших пирах, в отпылавших мирах
Мы - летящая стая горящих комет.

Завиваем из дали спирали планет:
Заплетаются нити судьбин и годин…
Мы - серебряный, зреющий, веющий свет
Среди синих, таимых, любимых годин.

andrey_beliy_2

Эти стихи, исполненные космического пафоса, написаны в 1918.




У Белого было три учителя (не считая моды, она же - дух времени): братья Соловьевы - Владимир и Михаил, Анна Рудольфовна Минцлова и Рудольф Штайнер.
Необычной яркости зори, почти северное сияние, поднимались над Москвой в самом начале ХХ века. Боря Бугаев (тогда еще не Андрей Белый) созерцал их на балконе арбатской квартиры, из столовой. Взгляд его следовал по крышам домов в сторону Новодевичьего монастыря, где - он знал, - рядом с черным мраморным монументом цветут белые колокольчики.
Здесь покоится прах Владимира Соловьева, философа, - софиолога.

В том же доходном доме проживала семья Соловьевых - Михаила Сергеевича, Ольги и их сына - гимназиста Сережи.
Михаил Сергеевич и Ольга - родственница Александры Андреевны, Али - матери Блока (тогда еще никому не известного студента) стали первыми живыми учителями Белого. Сам псевдоним придумал Михаил Сергеевич. Символизм тогда находился в самом своем зарождении. Знакомые Соловьева именовали Андрея Белого декаденствующим юношей, намекая на марчные мистические настроения и пророчества, присущие декадентам, - "упадочникам".
А сын Михаила Сергеевича Сережа впоследствии вошел в рыцарский триумвират почитателей Прекрасной Дамы, где состояли Белый и Александр Блок.

Но у Белого была и своя Прекрасная Дама - Маргарита Кирилловна Морозова:

lbykturi5m

Богатая купчиха, меценатка, хозяйка литературно-художественного салона.
Уже разбираясь в предмете, Белый писал ей длинные разъяснения, кто из французских оккультистов шарлатан честный, верит во всякую ерунду, а кто совсем уж жулик, дурит народ...

Надо упомянуть удивительный мистический треугольник Брюсов-Белый-Нина Петровская.
Нина - жена руководителя издательства "Гриф" - молодая дама с нежным лицом, всю жизнь носившая траур, впоследствии закоренелая морфинистка, оставила удивительные по силе страдания письма к Валерию Брюсову.

813

Брюсов с ее подачи также увлекся морфием, который, вкупе с революционными событиями, преждевременно свел его в могилу.
Но вначале Нина любила Андрея Белого. Белый ее не полюбил, и она приникла к Брюсову, уповая на спасение. Но Брюсов - увлекавшийся спиритизмом, носивший маску черного мага, - он стал одним из главных мэтров символизма, - был не спасением, а самой настоящей напастью. Да, он полюбил Нину, но жениться на ней не желал. Не хотел развода с супругой. Ему для всех его декаденств и вампиризмов нужен был прочный тыл. Он очень много работал, развивая литературное течение. Нина становилась все безутешнее. Обжегшись "ангельским" сиянием белых одежд, она пала в объятия "черного мага". Так родился роман Брюсова "Огненный ангел".

Но у символистов был не только черный мэтр, был и светлый - Вячеслав Иванов. У Иванова и у Белого однажды появилась наставница.
Звали ее Анна Рудольфовна Минцлова.

photo-minzlovoj-a-r

Платья она носила траурные, душилась крепчайшими духами, глаза у нее были бледно-голубого цвета, выпуклые.
Была знакома со всеми заграничными и русскими теософами, в том числе с лидером антропософии Рудольфом Штайнером, направившим лучи своего внимания на Россию.

steiner41

Явилась однажды в Петербург прямо из Парижа и пала жертвой обаяния светлого мэтра Вячеслава Иванова. Письма ее к нему полны нежных признаний. "Милый", "любимый", "целую" - через каждое слово.
Но Анна Рудольфовна не обольщалась: Иванова окружали прекрасные и одаренные женщины. Одна дама, хотевшая зачать дитя только от гения, даже проникла в его квартиру с этой целью, но была обстреляна апельсинами. Метала фрукты Лидия Дмитриевна - супруга Вячеслава Иванова. Кто только не был влюблен в мэтра... Поэты обоего пола. Талантливейшие люди. У Минцловой не было никаких шансов. И Минцлова, как женщина умная, решила посвящать Иванова в Розенкрейцеры - одно из учений, поднявшееся на волне оккультного расцвета тогдашней Франции. Там тоже были свои поэты и художники-символисты и очень много различных мистиков - Папюс, Элифас Леви, Станислас да Гуайта, Сент Ив Д`Альвейдр (это их Белый именовал шарлатанами, честными и нечестными). К тому же, лицом и выпученными глазами Минцлова весьма походила на Блаватскую. Так что никто не сомневался в ее мистической одаренности.
(Письменные свидетельства многих лиц подтверждают, что это было правдой, но рассказ об этом, увы, невозможен в рамках данного опуса.)

Причем же здесь Андрей Белый?
Дело в том, что Белый приезжал из Москвы в Петербург к Иванову в "Башню", известнейший литературный салон. И вот Минцлова и выбрала его для посвящения в тайны розенкрейцеров.
Она рассказывала Белому о каких-то "восточных оккультистов", несущих опасность, "мировое зло". Белый, как человек тревожный всему этому верил. Но она излагал и много действительно интересного из области оккультной науки, освещала всевозможные духовные вопросы. Возможно, именно она объяснила Белому, что есть у человека кроме физического тела, еще и тонкие тела.
Иванову она показывала различные паранормальные эксперименты и впадала в медитативный транс. Тогда Иванов начинал автоматически писать письма почерком своей горячо любимой умершей в 1907 году супруги.

Делала все это Минцлова, возможно из любви к Иванову, чтобы быть с ним ближе. Она готова была даже устроить его жизнь с любой особой из его прекрасного окружения. Возможно, она сама верила в то, что послали ее какие-то неведомые Учителя. Она уверяла, что Учителя видят в России возможность великого возрождения (как во Франции), что они выбрали ее агентом духовного влияния. Якобы она должна была найти глав для начала такого духовного возрождения в Петербурге и в Москве. Она выбрала Белого и Иванова. Но задание свое она провалила, ей следует исчезнуть с житейской и общественной сцены.
Она исчезла.
Современники строили множество домыслов, куда она пропала. Михаил Кузьмин (тоже проживавший на башне Иванова и писавший впоследствии о тех событиях, как о самых счастливых временах его жизни) утверждал, что она погибла в водах финского водопада самоубийц. Но он мог все это вообразить. Что только не думали современники: и то, что она дематериализовалась в другом времени, и то, что отправилась в буддийский монастырь...

А Белый тем временем женился на художнице Асе Тургеневой и отправился в Швейцарию, в Дорнах, строить храм антропософии Гётеанум:

pervyĭ-geteanum

Много писала о тех работах Маргарита Сабашникова - супруга Максимилиана Волошина. Она тоже работала в Гётеануме вместе с Волошиным. И тоже пострадала от чар Вячеслава Иванова. Возможно, не по вине мэтра... Произошло то, что обе пары расстались. Ася и Маргарита остались в Дорнахе. Как оказалось, навсегда. Мужчины отправились каждый своим путем.

3beliy_asia_1915

1906

Не правда ли, что-то общее есть в лицах этих женщин?


Впоследствии, Белый начертил схему своей жизни, где назвал Асю и Штайнера врагами. Так же он назвал и Любовь Дмитриевну Блок, урожденную Менделееву. Штайнер заманил его жену в свою секту. Но Белый и сам усиленно предавался духовной работе и медитациям под руководством Великого Доктора. Он впоследствии так и женился на Клавдии Васильевой, "антропософской богородице". В молодой советской республике усиленно искореняли всяческий оккультизм, часто вместе с искусством. Белый вернулся в Россию из эмиграции, спас Клавдию Николаевну от ареста, и они жили вместе еще довольно долго.

Но напоследок надо сказать еще и о главной Прекрасной Даме: Любовь Дмитриевне Блок.
Рыцарский триумвират превратился в треугольник: Белый по-настоящему влюбился в свою Прекрасную Даму. Он то привлекал ее к себе, то отшатывался. Любовь Дмитриевна не понимала, любит она Белого или Блока, но всегда оставалсь с Александром. Блок вел себя отстраненно и насмешливо. Мистических эпизодов хватало в его жизни в тот безумный период. Белый носил черное домино, которое, казалось приросло к его лицу. Страшный арлекин то преследовал его на улицах города, то сам он спасался от преследований...

04dcee99cd3e3233410bbea8a1f23355
Tags: Серебряный век, символизм, текст
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 46 comments

Recent Posts from This Journal