May 3rd, 2010

ПЖ

В Экополис мира с Платонычем

- Измена катит, измена катит, - бормотал Платоныч, мечась взад-вперед по комнате. В руках у него болтались длинные-предлинные четки из черных бусин, на конце четок - большой черный крест.
Такая картина могла бы служить неплохим началом для дешевенького экшн-триллера, если бы это не происходило на самом деле в Коньково, в Москве, в конце 80-х годов ХХ столетия.
Свидетелем сценки был Паганель, он мне и рассказал про эти четки. Не думала я, засовывая их Платонычу в рюкзак, что подарок мой так его напугает. Лучше бы себе оставила… Но у меня уже были одни четки, кипарисовые, с крошечными малиновыми бусинками и алюминиевым крестиком. Они в нашем доме всю мою жизнь жили в качестве сувенира из Литвы, нельзя их дарить было. А те, черные, - ну что мне делать со своей дурацкой любовью к таинственному?
И все же предвидеть такое могла – Платоныч, - он же ходячая неврастения – «То мне скушно, то мне больно, то давление опускается, то давление поднимается, то теряет свой покой…» С таким не соскучишься. Для него сидеть на месте – пытка, сразу во всех местах свербить-болеть начинает, человек впадает в раздражение, начинает метаться, ежиться, жаловаться и егозить… И давить этим на окружающих. За перепадами его настроения угнаться невозможно. Но в моменты эйфории Платоныч способен напитать энергией тусовку из 20 человек, и за это его все любят.
Паганель ростом еще выше. Оба на стриту смотрятся феерично, как два очкастых страуса. Только Паганель кудрявый, и изо рта его при улыбке торчат останки зубов, а у Платоныча лицо гладкое, розоватое, очки большие, с голубоватым стрекозиным отблеском…И зубы целые – Платоныч умеет даже с гопниками ладить…
Collapse )